Трагедии на футбольных стадионах

5 апреля 1902 года. Глазго. Шотландия. Матч Чемпионата Великобритании. Рухнула трибуна стадиона «Айброкс Парк». 25 человек погибло, 517 ранено.
9 марта 1946 года. Болтон. Англия. Чемпионат Англии «Болтон» — «Сток Сити». Тысячи безбилетных болельщиков прорвали заградительные барьеры, создав давку. 33 человека погибло, более 400 ранено.
4 апреля 1954 года. Тбилиси. СССР. Чемпионат СССР, матч открытия сезона «Динамо» Тбилиси — «Спартак» Москва. Многотысячная безбилетная толпа снесла железные ворота стадиона. Погибло 20 человек, официальные данные не публиковались.
30 марта 1955 года. Сантьяго. Чили. Отборочный матч Кубка Америки между сборными Чили и Аргентины. Давка при входе на стадион. Погибло 6 человек, сведений о раненых нет.
6 ноября 1955 года. Неаполь. Италия. Стадион «Сан-Пауло». Чемпионат Италии матч: «Наполи» — «Болонья». После назначения пенальти в ворота хозяев, на поле и трибунах возникли массовые беспорядки со стрельбой. 152 человека раненых, в их числе 52 полицейских и карабинеров.
21 сентября 1962 года. Либревиль. Габон. Во время товарищеского матча между сборными Габона и Конго, на стадион обрушился оползень. 9 человек погибло, более 30 ранено.
24 мая 1964 года. Лима. Перу. Стадион «Эстадио Насиональ». Матч олимпийских сборных Перу и Аргентины. Атака полиции на зрителей с применением слезоточивого газа. В давке погибло 318 человек, более 500 ранено.
23 июня 1968 года. Буэнос-Айрес. Аргентина. Стадион «Эстадио Монументаль». После матча «Ривер Плейт» — «Бока Хуниорс» возникла перестрелка болельщиков. В давке погибло 74 человека.
25 июня 1969 года. Кирихала. Турция. В перестрелке болельщиков погибло 10 человек, 102 ранено.
15 июля — 20 июля 1969 года.подробнее Война Гондураса и Сальвадора после поражения гондурасцев в отборочном матче ЧМ-1970 года. 3 000 убитых, 6 000 раненых.
25 декабря 1969 года. Букау. Заир. Открытие национального чемпионата. Давка на стадионе, вызванная приездом на матч президента Заира Мобуту Сесе Секо. 27 погибших, 52 ранено.
2 января 1971 года. Глазго. Шотландия. Стадион «Айброкс-Парк». На последних секундах матча «Глазго Рэйнджерс» — «Селтик» возникла давка. Погибло 66 человек, 140 ранено.
11 февраля 1974 года. Каир. Египет. На матче национального первенства рухнула часть трибуны. Погибло 48 человек, 47 ранено.
31 октября 1976 года. Яунде. Камерун. Отборочный матч ЧМ-78 Камерун — Конго. Массовая драка на поле и трибунах. При разгоне дерущихся два человека погибло.
15 декабря 1981 года. Пирей. Греция. Беспорядки во время матча «Олимпиакос» — «АЕК». Погибло 20 человек.
20 октября 1982 года. Москва. СССР.подробнее Стадион «Лужники». Матч Кубка УЕФА «Спартак» — «Харлем». В давке на последних минутах матча в подтрибунных помещениях погибло 66 человек.
11 мая 1985 года. Брэдфорд. Англия. Пожар на стадионе. Сгорела деревянная трибуна. В огне погибло 52 человека, 200 получили тяжелые ожоги.
26 мая 1985 года. Мехико. Мексика. Давка в тоннеле при входе на стадион. Погибло 8 человек, 50 тяжело раненных.
29 мая 1985 года. Брюссель. Бельгия.подробнее Стадион «Эйзель». Драка, учиненная фанатами «Ливерпуля» с фанатами «Ювентуса» на финальном матче Кубка европейских чемпионов. Во время драки итальянцы в панике бросились на нижний ярус трибуны, которая под тяжестью рухнула. 39 человек погибло, 500 раненых.
12 марта 1988 года. Катманду. Непал. Во время матча на стадион внезапно обрушился ливень, зрители кинулись к выходам, но ворота оказались запертыми — из 8 выходов открытым оказался лишь одни. В давке погибло 93 человека.
15 апреля 1989 года. Шеффилд. Англия.подробнее Стадион «Хиллсборо». В начале полуфинального матча Кубка Англии «Ноттингем Форест» — «Ливерпуль» полиция запускает в перегороженный решёткой сектор стадиона больше людей, чем он может вместить. Напирающие люди не знают, что происходит впереди. В результате в давке гибнет 96 человек, самому младшему из которых 10 лет, ещё несколько сот человек получают травмы.
14 января 1991 года. Йоханнесбург. ЮАР. Давка во время игры между «Орландо Пайретс» и «Кайзер Чифс». В результате давки погибло 42 человека.
5 мая 1992 года. Бастия. Франция. Во время матча чемпионата Франции «Бастия» — «Олимпик» рухнула часть трибуны. 15 человек погибло.
6 мая 1995 года. Лиссабон. Португалия. Обрушение ограждения верхнего яруса стадиона во время матча «Спортинг» — «Бенфика». Один человек разбился насмерть, 25 ранено.
16 октября 1996 года. Гватемала. Гватемала. Матч отборочного турнира ЧМ-98. Гватемала — Коста-Рика. В беспорядках, сопутствовавших матчу, погибло 82 человека.
11 января 1999 года. Александрия. Египет. Матч чемпионата Египта между командами «Аль-Иттихад (футбольный клуб, Александрия)» и «Корм». В давке перед матчем погибло 11 человек.
9 июля 2000 года. Хараре. Зимбабве. Матч между сборными Зимбабве и ЮАР. В давке погибло 13 человек.
11 апреля 2001 года. Йоханнесбург. ЮАР. Матч чемпионат ЮАР «Кайзер Чифс» — «Орландо Пайретс». Гибель 41 зрителя.
9 мая 2001 года. Аккра. Гана. Матч национального чемпионата «Харт оф Оук» — «Ашанти Котоко». В давке погибло 123 зрителя.
25 ноября 2007 года. Салвадор. Бразилия. Матч второго дивизиона национального чемпионата «Байя» — «Вила Нова». Восемь человек погибли, более сорока получили ранения в результате обрушения трибуны стадиона Вонте Нова, люди падали с высоты около 20 метров. Всего на матче присутствовало около 60 тысяч болельщиков.
2 июня 2008 года. Монровия. Либерия. Во время матча отборочного цикла чемпионата мира по футболу 2010 года между сборными командами Либерии и Гамбии, на стадион, вмещающий 33 000 зрителей, по поддельным билетам прошло 40 — 45 тыс. зрителей, несущая балка одной из трибун не выдержала веса зрителей и сломалась, из-за чего десятки человек упали на стоявших ниже уровнем зрителей. Началась паника и давка, в которой погибло 8 человек.
14 сентября 2008 года. Бутембо. Демократическая Республика Конго. Во время матча внутреннего чемпионата Демократической Республики Конго, между клубами «Сокозаки» и «Ниуки», голкипер клуба «Ниуки» начал колдовать во время матча. Голкипер (его имя не называется) выбежал на поле и попытался наложить на соперников из команды «Сокозаки» чары, которые должны были помочь «Ниуки» одержать победу. В результате его действий между футболистами началась драка, которая спровоцировала беспорядки среди болельщиков. Полицейские применили против болельщиков слезоточивый газ. В результате беспорядков 11 человек погибли, еще несколько получили ранения.
15 марта 2009 года. Хилла. Ирак. Кровавой трагедией завершился футбольный матч между любительскими командами «Хиллах» и «Синьяр» в пригороде столице Ирака. Болельщик «Синьяра» выстрелом в голову убил футболиста, который убегал один на один с вратарем на 90-й минуте встречи. Стрелявший болельщик задержан полицией.
29 марта 2009 года. Абиджан. Кот-д'Ивуар. Во время матча отборочного цикла чемпионата мира по футболу 2010 года между сборными командами Кот-д'Ивуара и Малави, на стадион Феликс Уфуэ-Буаньи, вмещающий 45 000 зрителей, прорвав полицейское оцепление прорвалось 50 тыс. зрителей. В ответ на это полиция применила слезоточивый газ, что лишь усугубило происходящее. В образовавшейся давке погибли 22 человека, 132 получили травмы различной степени тяжести. Происходящее привело к обрушению части стены спортивного сооружения.

На 3х из них хотелось бы остановиться подробнее...

Трагедия в Лужниках. 20 октября 1982.
(Статья 1989 года)

Трагедии на футбольных стадионах

Черная тайна Лужников
В истории рано или поздно все всплывает на поверхность. Даже то, что пытаются утопить под толщей лет. Но на поверхность современных дней тайное само не всплывает.
Ее скрывали семь лет. И в сегодняшнем материале мы приоткрываем занавес над трагедией, случившейся в Лужниках 20 октября 1982 года.
Именно приоткроем, ибо в черной тайне Лужников еще осталось немало загадочных обстоятельств...
Руководствуясь этой мыслью, редакция "Советского спорта" поручила своим корреспондентам поднять со дна лет одну тайну, скрытую от народа.
Трагедия на стадионе в Шеффилде потрясла мир. Крупнейшие телекомпании планеты транслировали многочасовые репортажи с места событий. Не подкачало и отечественное Гостелерадио, показав нам футбольный стадион, ставший в течение считанных часов печально известным всему миру.
А мы... Мы смотрели на экран, видели на нем засыпанное цветами футбольное поле, поле скорби человеческой. А в памяти всплывал совсем другой стадион...
Вы знаете, почему в Лужниках в конце октября не проводят футбольные матчи? Официальные ссылки на плохое состояние травяного покрова вряд ли можно признать основательными - на "Динамо", скажем, в это время газон не лучше, а игры идут. Даже международные. Так что трава не причина, а повод. Причина, долго и тщательно замалчиваемая посвященными, кроется в другом: очень уж боятся эти посвященные увидеть цветы на футбольном поле Лужников. Цветы в память о погибших.
Мы знали и не знали об этой трагедии. Верили и не верили. Да и как было поверить, что на главном стадионе страны с его опытом проведения крупнейших мероприятий могут погибнуть в считанные минуты десятки людей?
Но это было. Было в промерзлый, обледенелый день 20 октября 1982 года. Тогда московский "Спартак" встречался в Лужниках в матче розыгрыша Кубка УЕФА с голландским "Хаарлемом". В тот черный день с самого утра повалил первый осенний снег. Завыл ледяной ветер, ртуть в градусниках упала до отметки минус десять. Словом, погода внезапно стала той самой, в какую добрый хозяин собак жалеет.
И все же истинные болельщики не остались дома. Ведь игрался последний матч международного сезона. И что им холод и непогода - "Спартак" согреет.
В тот вечер, правда, было распродано лишь около десяти тысяч билетов. Администрация Лужников решила, что все зрители вполне могут разместиться на одной трибуне - трибуне "С". Так за порядком следить легче. Собрали молодежь в отдельные секторы, а потом оцепили их как "потенциально беспокойный элемент" двойным милицейским кольцом. И за возможные беспорядки на стадионе можно было не волноваться.
Да их по существу и не было, беспорядков. Правда, задержала милиция десяток-другой людей, пытавшихся возместить недостаток градусов на улице количеством градусов, принятых внутрь. Но, напомним, дело происходило до начала настоящей борьбы с пьянством, поэтому ничего из ряда вон в этом факте не было. Да еще фанаты попытались было пару раз помахать красно-белыми флагами. Но поскольку борьба с болельщиками, в отличие от выпивох, была уже в самом разгаре, то блюстители порядка быстренько заставили свернуть полотнища и выдернули из толпы человек десять. Для острастки. Молодежные секторы притихли, проявляя в дальнейшем эмоции лишь по досадным поводам. А их за матч набралось немало - уж больно расточительными оказались в тот день спартаковцы в реализации голевых ситуаций. Так что до самой последней минуты ворота голландского клуба, весьма, надо сказать, среднего по классу, были взяты лишь один раз.
С этой последней, девяностой минуты матча, и начинается новый отсчет времени - времени трагедии. У Сергея Швецова, героя матча, в беседе с одним из нас как-то вырвалось: "Эх, лучше бы я не забивал тот гол! .."
Многие болельщики уже перестали верить в удачу москвичей и позволили себе на несколько минут сократить время матча - потянулись к выходу. При минус десяти полтора часа на трибуне - испытание не из легких... Продрогшая на ветру милиция весьма активно их к этому приглашала. Как только первые зрители стали спускаться по лестнице, тут же был образован живой коридор из мундиров, куда особенно настойчиво препровождали (другими словами, подталкивали) молодых болельщиков.
Ох, уж этот пресловутый милицейский коридор! Сколько копий уже сломано вокруг него, ан нет - после каждого футбольного или хоккейного матча мы вынуждены по прежнему опасливо шагать по этому не весть кем и когда придуманному коридору.
-- Да поймите вы, - убеждал одного из нас командир отряда милиции специального назначения при Главном управлении внутренних дел Мосгорисполкома, полковник милиции Д. Иванов, - такой коридор - мера вынужденная. И единственная его цель - обеспечение безопасности людей. Ведь пропускная способность станций метро ограничена. Вот наши специалисты и сделали точный подсчет, какой ширины должен быть этот коридор, чтобы метро работало спокойно.
Что ж, доводы понятны. Но неужели нет другого выхода? У нас предложение к тем специалистам, которые "рассчитывали" необходимую ширину коридора. Пусть они рассчитают, сколько автобусов понадобится для того, чтобы отвезти часть болельщиков на соседние станции метро - так значительно увеличится пропускная способность тех, что расположены рядом со стадионом. Да, конечно, потребуются дополнительные расходы. И немалые. Но разве малых расходов стоит милицейское оцепление? Ведь оно состоит из нескольких тысяч стражей порядка, которые должны бы в это самое время не изображать из себя стену, а бороться с преступностью. Кто подсчитает ущерб от синяков и шишек, неизбежно получаемых в толпе? И кто, наконец, подсчитает моральный урон от унижения, которое испытывают люди в таких коридорах?
Кто был хоть раз в Лужниках, знает: при выходе с верхних секторов зрители попадают сначала на площадку между первым и вторым этажом, а уж оттуда лестничный марш ведет прямиком на улицу. Маршей этих на стадионе множество. Но 20 октября 1982 года в секторе, где была собрана в основном молодежь, не запертым оказался только один. Один-единственный узкий проход на несколько тысяч человек. Объяснить это можно лишь стремлением работников стадиона облегчить себе жизнь. Себе - но не другим.
К чему приводит такая политика - известно. Вспомним только один случай, тоже скрытый от народа, события во Дворце спорта "Сокольники" в 1976 году. Один из нас присутствовал тогда на хоккейном матче между советскими и канадскими юниорами, который закончился трагически. И тогда большинство выходов было закрыто и в возникшей давке погибли несколько десятков человек. Эта история еще ждет своих летописцев. Но одно можно сказать с уверенностью: никаких уроков из нее извлечено не было. Правда, кого-то наказали, кого-то уволили. Но не об этих уроках идет речь. Мы утверждаем: если бы из случившегося в 1976 году были сделаны нужные выводы, то не случилось бы трагедии в 1982-м…
Итак, едва только первые зрители поднялись со своих мест, как милиция в сотрудничестве с администрацией начала операцию, которая на специфическом жаргоне правоохранительных органов носит название “зачищение”. О стилистических достоинствах этого термина можно спорить, но суть действий он передает достаточно точно - болельщиков начали подталкивать к выходу. Люди стекали вниз, организованно толкаясь и скользя по обледеневшим ступенькам. И в это самое время в морозном воздухе вдруг родился крик восторга. Швецов не дал-таки “Хаарлему” уехать домой налегке. За двадцать секунд до финального свистка он все же загнал второй мяч в ворота гостей. И на трибунах бурно приветствовали успех любимцев.
А те, кто достиг уже нижних ступенек? Они, естественно, захотели узнать, что произошло за двадцать секунд до конца матча на так не вовремя покинутом ими стадионе. Почти покинутом. И повернули назад.
В этот момент крик восторга перешел в крик ужаса. Ибо, напомним, выход был открыт только один. А сверху в сумеречный проход тоннеля продолжали заталкивать все новых и новых людей. Тем, кто пытался остановиться, торопливо говорили: "Все, кончилось уже. Забили - ну и радуйтесь себе на улице. Домой, домой. Не останавливайтесь на проходе!" А тем, кто и после этого не слишком спешил в давку, помогали - подталкивали в спину.
Сверху толпу ускорили. Снизу она ускорилась сама. И два неуправляемых потока встретились на той самой злополучной узкой лестнице.
- Это было что-то ужасное. Мы не могли сдвинуться с места, а толпа напирала и сверху, и снизу. Справиться с обезумевшими людьми не было уже никакой возможности. Я видел, как какой-то офицер милиции, кажется майор, прыгнул в толпу, чтобы остановить ее. Но что он мог сделать? Поздно уже было. И он остался в толпе.
С тех самых пор Володя Андреев на футбол больше не ходит. Он, заядлый в прошлом болельщик "Спартака", обходит стадионы стороной и переключает телевизор на другую программу, если видит на экране зеленый четырехугольник футбольного поля. Но ему повезло: он остался жив в той человеческой мясорубке...
Один из нас в злопамятный вечер 20 октября играл в баскетбол в зале лужниковской Малой спортивной арены. Другой случайно проезжал по набережной Москвы-реки вскоре после окончания матча. Один видел, как на каменную мерзлую землю складывали искалеченные тела людей, но два милиционера быстро вывели его за территорию стадиона. Другой был оттеснен к тротуару вереницей мчавшихся с включенными маяками машин "скорой помощи". Нам было тогда по двадцать лет, и мы, не чуждые спорту, вполне могли оказаться на трибуне "С". Мы поняли, что на стадионе произошло что-то страшное. Но что? Лужники в мгновение ока оцепила милиция и внутренние войска - трагедия была взята в окружение.
И охраняется до сих пор.
Мы знаем многих журналистов, которые пытались написать о ней. Но до сегодняшнего дня о случившемся рассказала только "Вечерняя Москва" 21 октября 1982 года. Да и то вскользь: "Вчера в Лужниках после окончания футбольного матча произошел несчастный случай. Среди болельщиков имеются пострадавшие". На тему было наложено табу - негласное, естественно, но от того не менее действенное.
В то время считалось, что в нашем государстве все хорошо. И просто не может быть плохо. И вдруг - такое! Вот и делали вид, что ничего не произошло. А тем временем врачи подбирали 20 октября в Лужниках десятки трупов. И ехали оттуда "скорые помощи" по моргам.
То было, если помните, время апофеоза борьбы с болельщиками. Кричать на трибунах нельзя - следует сидеть чинно, словно в театре. Надеть на голову шапочку с цветами любимой команды или "розу" ( так фанаты зовут шарфы) - почти уголовное преступление. Да что там "роза"! Попробуй кто хотя бы значок надеть - уже фанат. Ату его!
Наряды милиции утроенной численности без всяких на то оснований (назойливо "опекаемый" зритель не слишком-то и рвался на футбол на стыке 70-х и 80-х), отнюдь не бездействовали. Фанатов - и истинных, и подозреваемых - водили в пристадионные комнаты милиции, регистрировали, переписывали, штрафовали, сообщали на работу или в институты. Другими словами, всеми силами старались сделать из них изгоев общества, чтобы было на кого при случае показать пальцем. И преуспели в этом.
Страшно говорить, но чиновникам по делам молодежи из комсомола трагедия в Лужниках помогла. "Во всем виноваты фанаты" - эта версия стала официальной. И в 135-м отделении милиции, дислоцирующемся в Лужниках, всем показывали красно-белые майки, якобы подобранные на стадионе после матча. Вот только никто почему-то не подумал, что при температуре минус десять на футбол в майке может пойти только редкостный, простите, индивид. Ну до подобных мелочей тогда дела никому не было.
Вот и получилось, что этот черный день не только убил у многих родителей детей - было сделано все, что бы убить и добрую память о них.
Мы встречались со многими из этих преждевременно постаревших отцов и матерей. Они плакали и рассказывали о тех, кто не давал этим слезам просохнуть все семь лет, прошедших после трагедии.
Сыновья их были обычными парнями - рабочими, студентами, школьниками. В меру старательными, порой без меры беспечными -- это ведь так свойственно юности. Многих, очень многих из них отцы и матери уговаривали не ходить в Лужники в такой жутко холодный и ветреный день. Ах, если бы они послушались того доброго совета!
Когда на Москву опустилась ночь, никто из них домой не вернулся. Родители бросились в отделения милиции, но там им ничего ответить не смогли - не было сведений. Тогда они ринулись в Лужники, на стадион, который был оцеплен. Через оцепление их не пропустили, и они стояли за милицейской шеренгой, теряясь в неизвестности.
Потом, под утро, метались по столичным моргам, пытаясь опознать и боясь опознать тела сыновей. А потом ждали долгих тринадцать дней, ибо только тогда по чьей-то безымянной, но явно высокопоставленной указке им разрешили похоронить своих детей. "Плохих" детей, доставивших всем столько ненужных неприятностей и хлопот.
Гробы с их телами разрешено было по пути на кладбище завезти домой. Ровно на сорок минут - не больше. Попрощаться в присутствии милиционеров. И затем организованно, с эскортом - в последний путь. Единственное, что им позволили сделать самим -- выбрать кладбища. Они выбрали разные, а сейчас, по прошествии лет, жалеют, что не одно - случись что с кем из них, сестры и братья по несчастью за могилой бы, как за сыновней ухаживали. Впрочем, и здесь, похоже, все было продумано - властям не нужен был мемориал, а на разных кладбищах могилы найти непросто.
На самый главный вопрос родителей: кто виноват в гибели их детей? - им ответили сразу: сами дети. Создали напряженную обстановку. Потому кровь и пролилась. Вы жаждете еще чьей-то крови? Ждите, будет суд.
До самого его заседания, до 8 февраля 1983 года, они бились в поисках адвокатов. Никто не брался защищать погибших. Так адвокатов и не нашли. Сейчас несостоявшиеся защитники в один голос призывали нас вспомнить о том, какое тогда было время.
"Кого, - спрашивали они, - вы бы хотели, чтоб мы обвиняли? Смелость, гражданская и профессиональная, тоже, знаете ли, свои границы имеет...", Что ж, они сейчас стали смелее - тогда отказывались без объяснения причин.
Суд представил главным виновником свершившегося коменданта Большой спортивной арены Панчихина, проработавшего до страшного дня в этой должности два с половиной месяца, и определил ему меру наказания в 1,5 года исправительных работ. Дела тогдашних руководителей стадиона - Лыжина, Кокрышева, Корягина - были выведены в отдельное судопроизводство и обвинительным приговором не окончились. Вопрос о том, почему обеспечение безопасности выхода тысяч людей со стадиона было доверено столь неопытному работнику, остался на суде без ответа. Действия сотрудников милиции вообще никакой оценки не получили - судья Никитин не слишком принимал во внимание показания оставшихся в живых пострадавших. Хотели, дескать, крови - получите Панчихина.
Только ведь не хотели родители погибших ребят крови. Не об отмщении шла речь - об уроке. Чтобы не повторилась эта трагедия. Но, увы, их голоса никто не услышал - письма, адресованные в высокие инстанции, остались без ответа. Давайте же хоть сегодня, почти семь лет спустя, выслушаем их.
- Мы хотим и хотели только одного - знать истинных виновников гибели наших детей,- голос Нины Александровны Новостроевой, потерявшей в тот роковой день единственного сына, дрожит - Не может же за все отвечать человек, проработавший на стадионе без году неделя. Но истина была окружена для нас все эти годы заговором молчания и лжи. Мы так и не смогли найти правду. Как не смогли найти личных вещей погибших - ребят нам выдали полностью раздетыми. Как не смогли за эти годы ни разу в день годовщины их смерти попасть на злополучную лестницу - ее от нас закрывают специально. Как не смогли добиться помощи в установлении памятников на их могилах - все обещания о помощи в день похорон оказались на поверку пустым звуком. Их называли хулиганами. Кто из этих людей знал наших детей при жизни, чтобы после смерти выставлять их изгоями? Как пробить эту рутину черствости, окостенелости, равнодушия? "А зачем вы их пускали-то туда?" - спокойно ответствовал мне на все эти вопросы тогдашний председатель Московского городского суда. Не помня уже толком себя, я сказала ему, что, видимо, на равных мы сможем беседовать только тогда, когда и в его семью придет горе. Конечно, не все были столь же твердокаменно-бессердечны. Мы помним, с какой болью рассказывали нам о трагедии некоторые сотрудники милиции. Мы помним о тех из них, кто пытался, не щадя жизни, пасти наших детей. Но мы не можем простить тех, кто молчаливо одобрял грязную возню вокруг этой трагедии.
После шеффилдской трагедии "Советский спорт" опубликовал черный список футбольных жертв, погибших в разное время на стадионах мира. В этот ряд поставили тогда и Лужники, но точного числа погибших привести, понятно, не смогли. Не можем, к сожалению, сделать это и сейчас, хотя об этом просят нас читатели. Тайна Лужников так и остается черной тайной. Точного количества жертв не назвал в свое время суд. Определить его практически невозможно: и сегодня архивы у нас, как известно, закрыты и охраняются, пожалуй, крепче оборонных заводов. Прокуратура утверждает, что погибло 66 человек. Родители погибших ребят говорят, что жертв было больше и не верить в это у нас нет оснований.
Мы в долгу перед теми ребятами, что погибли семь лет назад в Лужниках. И потому обещаем, что 20 октября, несмотря ни на что, придем на ту лестницу, где произошла трагедия. И положим на нее цветы. От нас. И, надеёмся, от всех вас.
Пришло время сказать правду и о тех, кто погиб, и о тех, кто виновен в трагедии, о тех, кто эту трагедию от нас скрывал. Справедливость ведь срока давности не имеет.
...Не так давно одному из нас пришлось побывать на товарищеском футбольном матче между советскими и английскими дипломатами. И когда судья прервал встречу и объявил минуту молчания в память погибших в Шеффилде, больно резанула мысль: "Ну почему ни на одной игре чемпионата СССР за шесть сезонов не было объявлено минуты молчания? Почему мы чтим память погибших англичан и забываем погибших соотечественников? Почему? .."
"Не ворошите старое, парни,- не раз давали нам совет, пока мы готовили этот материал.- Зачем вам это?"
Затем, чтобы трагедия не повторилась.
...Март 1989 года. Холодный весенний вечер. Обледеневшие ступеньки под ногами. Милицейский коридор. "Все, кончилось уже. Проходите. Домой, домой. Не останавливайтесь на проходе!" Это картинка уже нынешнего футбольного сезона. Похоже, не правда ли?
Это и есть самое страшное - забывать уроки прошлого.

Эйзельская трагедия. 29 мая 1985 года

Трагедии на футбольных стадионах

"То, что случилось сегодня вечером, не станет гибелью Кубка европейских чемпионов, но в любом случае футбол потерпел поражение", - эти слова президент УЕФА Жак Жорж произнес сразу же после окончания финального матча очередного розыгрыша у входа в раздевалку туринского "Ювентуса", где в строгой и торжественной обстановке, как заметил один из участников встречи Мишель Платини, итальянскому клубу и был вручен почетный трофей. Какие-либо другие торжества по поводу победы "Юве" отменялись. Заключительный матч юбилейного — тридцатого турнира за Кубок чемпионов был омрачен кровавой бойней на брюссельском стадионе "Эйзель".
Перед матчем
Надо отметить, что «Эйзель» до этого матча уже трижды принимал финалы Кубка европейских чемпионов (1958, 1966, 1974) и трижды — финалы Кубка Кубков (1964, 1976, 1980). Кроме того, в 1972 году здесь прошёл финал первенства Европы, в котором сборная ФРГ переиграла советскую команду 3:0.
"В поездке от Ливерпуля до Брюсселя под надзором собственных полицейских "бобби", даже во время переправы через Ла-Манш на пароме, всем английским хулиганам был объявлен "сухой закон", - рассказывал на страницах своей книги "Жизнь как матч" Мишель Платини. - Но бельгийцы не сумели организовать должным образом соответственный контроль за двадцатитысячным потоком болельщиков из Англии. Тогда было принято решение свести риск до минимума и выделить трибуну, разделяющую два "враждебных" лагеря в виде буфера. После полудня у входа на арену стадиона произошло несколько мелких стычек. Группа хулиганов разбила витрину ювелирного магазина и совершила кражу на 10 миллионов бельгийских франков. Ни одного ареста. Бельгийские силы порядка проявляют удивительную сдержанность. Пока мы готовимся к матчу в раздевалке, трибуна, призванная сыграть роль буфера, заполняется до отказа. Все как обычно, все нормально. За исключением незначительной на первый взгляд детали, кроме бельгийских болельщиков там занимают места и итальянские рабочие-иммигранты. Администрация стадиона "Эйзель" почему-то продала билеты на эту трибуну и болельщикам "Ювентуса". К тому же "красные", которых оказалось слишком много на стадионе (некоторые из них пробирались зайцем, приобретя фальшивые билеты), полезли на буферную трибуну, которая, как известно, была уже занята не только бельгийцами, но и итальянскими работягами, разместившимися в нижней ее части. Трибуны X, Z и Y стадиона "Эйзель" имеют название "скотный двор", потому что здесь дешевые места, и основная масса болельщиков там не сидит, а стоит. В 19:30, за 45 минут до первого удара по мячу, начинается "убой скота". События, развернувшиеся на буферной трибуне, целиком выявляют легкомыслие организаторов матча. Болельщики "Ливерпуля спускаются к сетке, разделяющей трибуны. Они легко преодолевают ее, и вот начинаются первые стычки с нашими болельщиками в верхней части трибуны. "Красные" совершают нападение на "черно-белых". Они пускают в ход древки своих флагов и железные острые пруты, которые выломали из решетки. Они ими колют и дубасят тиффози, наиболее решительные из которых отвечают ударами кулаков.
Возникает паника. Чтобы противостоять внезапной волне "красных", которая грозно надвигается сверху, итальянские болельщики с трибуны устремляются вниз, в надежде найти спасение у бровки футбольного поля. А там, наверху, истеричные, взвинченные болельщики "Ливерпуля" обрушивают палки на все, что только находится вокруг них. Паника, охватившая тиффози, настолько велика, что их спуск к полю превращается в катастрофу. Благородные идеалы спорта оказались попранными кучкой негодяев, опьяненных пивом и насилием и проливших кровь людей на "Эйзеле". Этот проклятый стадион всегда теперь будет напоминать о смерти. Пораженный масштабами кровавой драки, отряд бельгийских полицейских всего из двадцати человек, которому было поручено покончить с насилием, допустил серьезную ошибку в оценке происходящего. Силы наведения порядка, считая, что они имеют дело с недисциплинированными болельщиками, стремящимися завладеть футбольным полем, поспешили блокировать все входы и выходы, вместо того чтобы открыть их как можно шире и не препятствовать эвакуации болельщиков с трибун. И вот толпа болельщиков оказывается зажатой между небольшой бетонной стеной и решеткой, которые отделяют трибуну от поля. Первый ряды падают, и их затаптывают напирающие сверху. Вдруг все приходит в движение. Стена разваливается под давлением этого гигантского людского слепого тарана. В тот же момент ломаются решетки и начинают разрывать тела прижатых к ним людей. Трагедия достигает апогея, но никому на стадионе не приходит в голову, что эта стычка между болельщиками на самом деле уже превратилась в кровавую, не поддающуюся контролю бойню. Обезумевшие люди, стремясь вырваться из района драки, топчут упавших, тела которых нагромождаются друг на друга. Их десятки. У некоторых оторваны руки или ноги. Остальные толпой нахлынули на решетки, которые несут смерть. В этом скопище людей, охваченных ужасом и безумием, каждый ведет борьбу за выживание, рассыпая удары кулаками и ногами, чтобы вырваться из этого бушующего на трибуне вулкана. За несколько секунд тридцать восемь человек лишились жизни. Футбольный праздник превратился в ужасную бойню. Здесь свирепствует пьяный террор, террор слепой, неорганизованный, который уничтожает все на своем пути".
Cам Мишель Платини вместе с товарищами по команде в эти минуты находился в раздевалке и о реальных масштабах трагедии узнал несколько позже, когда вместе с Бонини, Ширеа и несколькими другими игроками отправился к трибуне с итальянскими болельщиками. Последние готовили ответный удар и призывали футболистов отказаться от проведения матча. В этой ситуации обе команды и представители УЕФА не поддались эмоциям и решили играть. "Это — единственный способ избежать еще больших жертв. Мы отомстили за всех на поле, так как из-за нас, футболистов, наши болельщики приняли смерть", - объяснил Платини. "УЕФА не отменил матча, так как возникла угроза дальнейших беспорядков при эвакуации зрителей со стадиона, и число жертв могло оказаться намного больше", - говорилось в специальном коммюнике Европейского союза футбольных ассоциаций.
Матч
"Ювентус" показал неплохую игру, превосходил "Ливерпуль" и после того, как на 56-й минуте англичане сбили Бонека, Платини реализовал пенальти. Итальянцы отказались от круга почета. Они подбежали к трибуне со своими болельщиками и, склонив головы, опустились на колени. Радость победы была подавлена трагедией. Станет ли этот успех вехой в биографии туринского клуба? Нужно ли вспоминать о нем, как о достижении? "Нужно, - убежден Мишель Платини. - Нужно вспоминать о нашей победе, нужно постоянно хранить ее в памяти. Никогда о ней не забывать. Чтобы больше не было таких катастроф". "Ювентус" и "Ливерпуль" значились главными фаворитами турнира еще на старте, хотя в процессе продвижения к вершине их возможности неоднократно подвергались сомнениям. Итальянский клуб хотя и выиграл чемпионат и Кубок кубков, но выглядел не так бесспорно и авторитетно, как ожидалось.
Последствия
В результате трагедии погибли 39 человек, 32 из которых были итальянцами, 4 — бельгийцами, 2 — французами и 1 ирландцем. Около 600 человек получили ранения. Ответственность за кровавую драму лежит не только на болельщиках, но и УЕФА, разрешившем проводить матчи на обветшавшей арене. «Эйзель» не отвечал требованиям безопасности. Не была готова и бельгийская полиция, но наказали исключительно англичан. УЕФА наложил запрет на выступление в еврокубках всех клубов Туманного Альбиона в течение пяти лет, а «Ливерпуль» должен был отбыть дисквалификацию дополнительно три года, но через год после снятия запрета с остальных клубов Ливерпуль был амнистирован. В 1995 злополучный стадион «Эйзель» был снесён, а на его месте построен «Стадион Короля Бодуэна».

Трагедия на Хиллсборо.

Трагедии на футбольных стадионах

15 апреля 1989 года произошла самая чудовищная из всех трагедий в истории английского футбола. 94 болельщика клуба "Ливерпуль" были задавлены насмерть на стадионе клуба "Шеффилд Уэнсдей" "Хиллсборо" — во время полуфинального матча Кубка Англии против "Нотингем Форест". Ещё двое пострадавших скончались позже.
Цена непонимания
Ужасные события, произошедшие на "Хиллсборо", стали следствием целой серии грубейших ошибок, допущенных непрофессионально сработавшими полицейскими, не сумевшими совладать с толпой основательно выпивших болельщиков. Матч должен был начаться в три часа дня, и его организаторы, учитывая слабую пропускную способность турникетов стадиона, попросили фанов встречавшихся команд подойти пораньше. Однако их просьба не была услышана. Более того, когда до игры оставалось минут десять, вместе с болельщиками, имевшими на руках билеты, к арене подтянулись порядка четырёх тысяч тех, кто хотел прорваться на футбол бесплатно.
В результате перед турникетами скопилось небывалое количество народа, безбилетников заворачивали обратно, они мешали другим проходить контроль. Матч уже начинался, а на трибуне, предназначенной для болельщиков "Ливерпуля", оставалось много свободных мест. Источавшие пивные пары фаны, находившиеся вне пределов стадиона, принялись скандировать "Мы хотим на футбол!" и напирали на стоявших перед ними. Появились первые признаки давки. И тогда один из старших офицерских чинов принял роковое решение. "У всех есть билеты? — спросил он. — Поднимите их!". Когда болельщики выполнили его требование, офицер, посчитав, что безбилетников совсем немного, приказал своим подчинённым открыть ворота и пустить всех без проверки.
В ту же секунду раздался стартовый свисток арбитра. Находившиеся снаружи болельщики ринулись в центральный сектор трибуны и прижали тех, кто там давным-давно расположился, к решётке, отделяющей зрителей от поля. Полиция среагировала не сразу: ей показалось, что фаны решили занять ряды поближе к газону. Игра продолжалась, а на трибуне от удушья погибали люди. Лишь на шестой минуте, заподозрив неладное, стражи порядка дали арбитру команду прекратить матч.
Если бы на этом всё закончилось! Увы, за пределами стадиона оставалось ещё очень много болельщиков, которые, не ведая, что творится впереди, своим агрессивным поведением осложняли ситуацию. К тому же все места на трибуне были стоячими, а билеты, соответственно, входными. Так что с точки зрения полицейских ситуация выглядела абсурдной. Они отказывались понимать, как может возникнуть давка на трибуне, по бокам которой, в районе угловых флагов, полно свободного пространства. Но дело заключалось в том, что все пытались втиснуться в более удобный для наблюдения за игрой центральный сектор. Учитывая же, что из-за массы безбилетников количество болельщиков значительно превысило допустимые нормы, те, кто пришёл пораньше, оказались в ловушке.
Положение могли разрядить стюарды, которые должны были контролировать приток людей и по мере заполнения одного сектора переправлять болельщиков в другие. Однако это сделано не было. Почему? Вопрос остался без ответа. Потом стюарды утверждали, что они выполняли свою работу, но пьяная толпа их не слушала. Болельщики же заявляли, что никого не видели и шли туда, куда считали нужным.
После остановки матча всё ещё не понимавшие, что происходит, полицейские допустили вторую ошибку. Попытки болельщиков взобраться на решётку и спасти свою жизнь они трактовали, как организованный прорыв на поле, и стали дубинками загонять фанов обратно. Стражи порядка всё ещё не понимали, каким образом может возникнуть давка на не до конца заполненной трибуне. Спустя пару минут некоторые из рядовых полицейских, находившихся поблизости от эпицентра, сообразили, что к чему, и начали помогать болельщикам. Однако офицеры, располагавшиеся на расстоянии не менее полусотни метров, отдали третью ошибочную команду: всем отойти от решётки, занять оборону и никого не пропускать. Они всё ещё думали, будто фаны "Ливерпуля" лезут на поле лишь для того, чтобы добежать до противоположной трибуны и устроить драку с болельщиками "Ноттингем Форест"!
И без того критическое положение усугубило отсутствие на стадионе достаточного количества медицинского персонала и носилок. Болельщики, отчаявшись получить помощь, выламывали рекламные щиты, клали на них своих покалеченных товарищей и пытались хотя бы оттащить их к центру поля, а выстроившиеся в ряд полицейские, выполняя приказ, били фанов дубинками. 94 болельщика умерли прямо на стадионе: самому младшему из них исполнилось десять лет. Ещё 766 получили ранения, порядка трёхсот из них попали в больницу. Спустя четверо суток скорбный список пополнился ещё одним умершим, а в марте 1993 года (!) "Хиллсборо" забрал свою последнюю жертву: скончался Тони Блэнд, всё это время не выходивший из комы...
Проведённое на государственном уровне расследование трагедии виновных не выявило. Полицейские оправдывались тем, что, не пропусти они людей на трибуну, жертв оказалось бы значительно больше — у входа на стадион. К тому же многие из них давали ложные показания, старались выгородить друг друга. Судебное разбирательство длилось несколько лет, до тех пор, пока главного обвиняемого — офицера, отдавшего команду открыть ворота — не освободили от ответственности по состоянию здоровья. А ведь трагедии могло не быть вовсе, если бы полиция, видя, что не успевает осуществить пропуск на стадион болельщиков, всего лишь попросила бы отсрочить начало матча...
Впрочем, кое-какие принципиальные уроки из событий на "Хиллсборо" английские власти извлекли. Во-первых, правительство Англии обязало клубы отказаться от так называемых террас, оборудовать свои стадионы креслами и продавать билеты только с указанием ряда и места. А, во-вторых, было принято решение убрать ограждения, отделяющие трибуны от поля, поскольку при определённых обстоятельствах они представляли угрозу жизни болельщиков.

Использование текстовых материалов разрешено только при наличии активной ссылки на BUGAGA.RU


Оцени пост:
  • 1
 
* 8-05-2009 * -SunShine- * 8738 * 0





Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт фото и видео приколов БУГАГА.РУ, как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться, либо зайти на сайт под своим именем.

Зарегистрированные пользователи имеют ряд преимуществ, в том числе видят гораздо меньше рекламы.

Комментарии


Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

БУГАГА.РУ
в социалках







НОВОЕ НА САЙТЕ
последние посты