Фара от «Мерседеса»

Слепцов присел возле машины на корточки и грустно посмотрел на то, что осталось от противотуманки. Черная дырка в бампере, следы отвертки по ее краю и уныло болтающийся медный провод, которым фара была привязана.

Месяц назад по их городу прокатилась целая волна преступлений, связанных с воровством автомобильной оптики. Банда действовала очень дерзко и необычно — вначале к одиноко стоящей машине подъезжал мотоциклист на сверкающей новенькой «Хонде», зацеплял за декоративную решетку радиатора трос с крюком и резво трогался. Решетку вырывало, открывая замок капота — и тут в дело вступала пара оперативно работающих демонтажников. Вооруженные шуруповертами и прочими необходимыми инструментами, они снимали фары, габариты и противотуманки всего за минуту. Потом прыгали в машину, которая поджидала их неподалеку — и изумленный хозяин машины в лучшем случае успевал увидеть пыль, поднятую ее колесами. В худшем же о краже он узнавал намного позже.

Банду пытались выследить — ведь такая приметная деталь, как новый спортивный мотоцикл, должна была их выдать с головой. Но, похоже, что прятали они свое орудие преступление очень тщательно — никаких следов не смогли найти ни местные гаишники, ни краевые. Автолюбители быстро оценили всю степень угрозы — и решили поступить по-своему. Раз нельзя поймать — значит, надо защищаться кто как может. Одни организовывали дежурства во дворах, другие старались как можно меньше оставлять машину без присмотра, а третьи — принялись укреплять свое «хрустальное хозяйство».

В автосервисах выстроились очереди по укреплению оптики и капота. Цены на эти услуги моментально — как и везде в русском бизнесе — взлетели. Кто-то не пожалел денег, кто-то стал делать то же самое своими силами. К их числу относился и Слепцов, который чертовски дорожил своим «Фордом».

Он сделал защиту для тросика, открывающего капот, сточил все болты, которыми крепятся фары, а противотуманки в бампере привязал медным проводом. Иллюзии защищенности хватило ровно на две недели.

Слепцов провел пальцем по краю отверстия для фары, ощутил все неровности и тихо зарычал. Он всегда болезненно переносил проблемы с автомобилем, считая ее членом своей семьи — а тут представил, как фару вышибали отверткой, а потом тянули, не ожидая того, что внутри есть преграда. Тянули, словно кишки — и вывернули-таки ее наружу, скорее всего, просто вырвав из отверстия, просверленного в пластмассовом корпусе!

— Суки, — коротко сказал он. — Твари.

Пальцы на руках хрустнули, сами собой сжимаясь в кулаки. Когда Слепцов представил, что бы он сделал с вором, если застал того на месте преступления, то от бессильной злобы просто захотелось выть. Он встал, сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь погасить пламя злобы, но это удалось ему едва ли наполовину.

Открыв капот, он открутил ставший ненужным медный проволочный ус и зашвырнул его как можно дальше.

— Ну почему?! — скрипнул он зубами. — Меня не было ровно двадцать минут! И ведь никто не мог знать, что я приеду в обеденный перерыв домой!

Что правда, то правда — домой он сегодня не собирался, да и вообще это было не в его привычках. Но сегодня на работе случились непредвиденные обстоятельства — и Слепцов был вынужден вернуться. На двадцать минут.

Следовательно, наводка исключалась. Но и в то, что мимо его машины случайно проходил человек, которому вдруг понадобилась правая противотуманная фара, верил с еще большим трудом.

— Кто-то с работы? — подумал он вслух. — Но зачем? Такой машины ни у кого нет. Хотя, может, у родственников… Или просто из мести? Да вроде ни с кем не ругался ближайшие пару месяцев. Или все-таки было что-нибудь?..

Он мысленно перебрал все возможные и невозможные цепочки возникновения конфликтов на работе — даже самые невероятные. Ничего не клеилось. Оставалась версия слепой случайности.

— Слепцов, даже в силу своей фамилии не верь в случай! — отрицательно покачал он головой. — Случайностей не бывает. Случайность — это неосознанная необходимость. Или осознанная? — засомневался он сам в принадлежащих кому-то из великих цитате. — Один черт — не бывает.

Над головой неожиданно громыхнуло. Слепцов поднял глаза и увидел над собой большое грозовое облако. Туча медленно, но неотвратимо надвигалась, неся за собой туманный шлейф идущего где-то в паре километров отсюда ливня. В ближайшие минуты должно было накрыть и самого Слепцова, и его машину, лишившуюся одного глаза. Он быстро взглянул на часы, отметив про себя что время еще есть, шлепнул рукой по карману, проверяя, на месте ли ключи от квартиры, после чего быстрыми шагами направился к подъезду — за зонтиком.

И он уже не видел, как с заднего сиденья его машины поднялся человек. Прикрываясь мрачными грозовыми бликами на лобовом стекле, он поднес к губам рацию и сказал:

— Поднимается. Дело тридцати секунд. Я выхожу.

Рация прохрипела что-то в ответ. Человек дождался, пока Слепцов войдет в подъезд, аккуратно выбрался из автомобиля и тихо прикрыл дверь. Сигнализация даже не пискнула.

Человек присел, делая вид, что завязывает шнурки. Потом нащупал в кармане маленький брелок, незаметно нажал кнопку. Замки автомобиля сухо щелкнули, не издав при этом ни единого писка.

— Осторожно, двери закрываются… — произнес мужчина, поднялся и направился прочь из двора. Свою часть работы он сделал. Можно было пользоваться ее плодами.

Тем временем Слепцов уже поднялся на свой этаж и протянул руку к двери — но в следующую секунду заметил, что она открыта. Маленькая щель — в несколько миллиметров — которой быть не должно.

Рука сама потянулась за сотовым телефоном — ибо то, что дверь он закрывал, Слепцов помнил точно. Привычка, как у Штирлица, «выработанная годами» — дернуть дверь после того, как вытащил из скважины ключ — работала в любом состоянии.

— Ну ладно фара, — шепнул Слепцов, — но хату зачем вскрывать?

Он нащупал в кармане тяжелую связку ключей от гаража, которую всегда носил с собой, и решил разобраться во всем самостоятельно. Прихватив кончиками пальцев свободной руки краешек тяжелой железной двери, он медленно потянул ее на себя. За петли он не волновался — ни единый звук не выдал того, что хозяин вернулся в квартиру.

Где-то внутри слышался то ли шорох, то ли шелест. Потом что-то упало, кто-то выругался — Слепцов, все еще уверенный, что ничего случайно не происходит, попытался узнать, кому принадлежит голос. Безрезультатно. Тогда он вошел в квартиру и оставил дверь открытой — на всякий случай.

— Смотри, все так, как я и говорил, — неожиданно громко сказал кто-то в комнате. — Не зря мы здесь.

Задача неожиданно осложнилась тем, что человек, проникший к нему в квартиру, был не один. Слепцов засомневался в целесообразности нахождения здесь — может, лучше милиция? «Вдруг у них есть оружие?»

Но бывший десантник в нем взял верх — он продолжил медленно идти по коридору на голос. Тем временем люди перешли на шепот и принялись что-то оживленно обсуждать.

И когда Слепцов был уже готов ворваться в комнату и разобраться с непрошеными гостями, что-то тяжелое обрушилось ему сзади на голову. Свет померк — и он провалился куда-то во тьму…

Сколько прошло времени, трудно было сказать. Он лежал на паркете, прижимаясь к нему щекой. Руки были свободны — это он понял сразу, когда ощутил боль в голове и машинально прижал ладонь к затылку. Первые секунды он еще не понимал, что произошло; только боль, жжение и тошнота — вот три чувства, которые доминировали в этом мире, когда Слепцов пришел в себя.

Захотелось свернуться в клубок, постонать, отгоняя прочь от себя боль. Еще с детства он запомнил — когда стонешь, становится легче. И он издал звук, похожий на стон, из пересохшего горла.

— Очнулся, — тут же раздался рядом с ним голос. — Сначала подумал, что он рукой шевелит без сознания… Можно поднимать?

— Давай, — второй голос был властным. — Вот, в кресло. Со стула он упадет. И воды принеси из кухни. Лучше побольше.

Слепцова подняли с пола чьи-то сильные руки. Мир качнулся. Он попытался идти, но ничего не получалось, ноги подкашивались, словно ватные и он покорился силе того, кто нес его.

Через несколько секунд все вокруг совершило почти полный оборот, он взмахнул руками и почувствовал под собой кресло. Попытался поднять голову — не смог. Все, на что его хватило — это медленно оторвать налитые свинцом руки от подлокотников и обхватить ими затылок. Пальцы ощутили запекшуюся на волосах кровь.

— За что? — вопрос был задан машинально.

— Откройте глаза, — сказал тот, что потребовал поднять его с пола. Слепцов отрицательно замотал головой и тут же скривился от волны пробежавшей боли. — Вот вам стакан воды, выпейте.

Кто-то оторвал его руку от головы и сунул в ладонь холодное стекло. Слепцов приложил стакан к губам, по-прежнему не открывая глаз. Хлорированная вода вызвала гримасу отвращения.

— Дерьмо… — скривился он. — В холодильнике есть пиво…

— И без пива хорошо,— ответили откуда-то из-за спины. Потом стакан отобрали и плеснули в лицо. Вздрогнув, как от удара, он машинально размазал воду руками. — Глаза открывай! Разговор есть.

Слепцов кивнул — если можно назвать кивком безвольное движение головы, после чего открыл глаза и прищурился. Рядом с собой он увидел человека с пластиковой бутылкой, который смотрел в глаза Слепцова и пытался понять, насколько к тому вернулось сознание и понимание происходящего. Неподалеку, на диване, сидел еще один человек — судя по всему, обладатель второго голоса. Закинув ногу на ногу, он листал какой-то журнал, не глядя в сторону Слепцова. Было в его позе что-то такое, от чего сразу стало еще страшнее — что-то от Воланда, от хозяина положения. Казалось, что этот человек может все — и ничего хорошего от него ждать нельзя.

— Добрый вечер, — сделал глупую и неудачную попытку завязать разговор Слепцов. — Чем обязан?

Человек отложил в сторону журнал, усмехнулся и наклонился куда-то за диван — похоже, он там что-то прятал, а сейчас решил достать. Слепцов внутренне напрягся, надеясь ничем не выдать своего волнения — но не смог сдержать короткого вскрика, когда мужчина достал из-за дивана и положил на стеклянный столик посреди комнаты ТУ САМУЮ украденную противотуманную фару.

— Знакомьтесь, — человек аккуратно убрал от нее руки, после чего кончиком пальца чуть-чуть подтолкнул фару в сторону Слепцова. — Или вы уже знакомы? Не стесняйтесь в выражениях, смелее!

Мужчина засмеялся. И смех его сказал Слепцову гораздо больше, чем запекшаяся кровь на затылке. Это был смех хозяина положения, человека, который оказался здесь явно не по ошибке и не для того, чтобы вернуть хозяину украденную фару.

— Знаком, — после непродолжительного раздумья сказал Слепцов. — Но никак не ожидал встретить ее у себя дома.

— Честно говоря, я и сам не предполагал, что так получится, — собеседник встал, подошел к окну и отодвинул шторку. — Это в некотором роде импровизация. Но, на мой взгляд, она идет четко, по аналогии… Скажите, вам сейчас страшно?

Слепцов усмехнулся.

— Страх — это естественное чувство. Но его практически полностью перекрывает непонимание происходящего. Так что мне страшно, да. Но вот если вы мне объясните, в чем дело, я, пожалуй, соглашусь бояться несколько более осознанно.

Он сам удивился своей смелой речи — ведь ситуация, в которой он сейчас находился, был просто из ряда вон; никто и никогда не нападал на него в его квартире, никто и никогда не вел с ним бесед «а-ля Голливуд», поливая голову минералкой. Короче говоря, страшно было до чертиков — но организм как-то мобилизовался; Слепцов не знал, надолго ли его хватит — но пока силы еще были.

— Объясню, — мужчина кивнул. — С превеликой радостью. Понимаете, Слепцов — вы уж извините,что я вас знаю, а сам не представляюсь — эта фара на столике очень правильный символ. Вы помните все свои чувства, когда увидели на ее месте дырку в бампере?

Слепцов хотел было ответить, но мужчина взмахом руки не дал ему открыть рот.

— Не мешайте мне говорить. Будет время — вас спросят. Так вот, то, что ощутили вы, пережил и я — около полугода назад…

Слепцов слушал очень внимательно, но неожиданно понял, что второй человек куда-то исчез — вот он только что стоял где-то сбоку, а сейчас не слышно ни его шагов, ни дыхания.

— Представляете, те же самые ощущения — дырка в бампере.

— У вас что-то украли? — попытался сыграть в угадайку Слепцов, чтобы превратить монолог в диалог.

— Не фару, милейший, — услышал он в ответ. — Это было даже хуже, чем дырка в бампере. Я сейчас буду говорить прописные истины — но боюсь, что вам не дано будет понять ни слова из того, что я скажу. Вы — из другого мира. Вы — русский.

— А вы нет? — Слепцов ухмыльнулся. — Вы прибыли с другой планеты рассказать мне какие-то бредни про ворованные фары?

— Я? С другой планеты? — мужчина снова опустился на диван и заученным жестом поправил стрелки на брюках. — Ни в коем случае. Исключительно с планеты Земля. Никаких Альфа Центавра, никаких Азимовых и Шекли. Суровая проза жизни.

Он помолчал немного, разглядывая лежащую на столике фару. Казалось, напряженность на некоторое время ушла; Слепцов с бешеной скоростью размышлял, куда бы сейчас направить разговор, чтобы вести его мягко и в то же время максимально информативно, но тишина была неожиданно нарушена вопросом:

— Вам ведь уже почти сорок лет — без малого, — мужчина наклонил голову и пристально посмотрел в глаза Слепцову. — Говорят, люди всю жизнь слушают ту музыку, которая произвела на них наибольшее впечатление в юности. Вот мы с вами практически ровесники — и я обожаю «Воскресенье» и «Битлз». А вам нравится творчество «Скорпионз»?

Слепцов напрягся. Вопрос был задан явно неспроста. В ответ пришлось кивнуть.

— Да, в основном их ранние вещи…

— И именно поэтому пароль на вашем компьютере — «Forever In Trance»?

Отвечать было незачем. Вопрос был наполовину риторическим, наполовину издевательским. Оставалось только сопеть, раздувая в бессильной злобе ноздри, и скрипеть зубами.

— А чего вы так напряглись? — искренне удивился собеседник. — У вас там какие-то тайны? Не думаю. Вы же не банковский сотрудник, и компьютер у вас стоит не в кассе… Да, пароль — это не проблема. Кому, как не вам, знать это. Давайте условимся — не будем делать глаза, как у мопса, ибо каждый из нас прекрасно понимает, чем живет. Вот, например, вы — чем вы зарабатываете себе на кусок хлеба? Но прежде, чем вы ответите, напомню — врать мне бессмысленно. Итак, я жду откровений — и от этого много чего будет зависеть в дальнейшем.

Слепцов скрипнул зубами. Они знают пароль. «Но что там можно взять? — пронеслась в голове мысль. — Есть несколько исходников, несколько готовых работ… Адреса заказчиков? Не помню, чтобы вносил их куда-то на компе — все у меня в смартфоне. Продолжать играть с ним — или вспомнить, что у меня свободные руки, встать и навалять ему между глаз? Сил ведь должно хватить. Но есть второй — похоже, это именно он сейчас за компьютером в другой комнате. Прибежит тут же…»

— Ладно, поиграем по вашим правилам, — нехотя начал Слепцов. — Чем я зарабатываю себе на жизнь? Я программист. Судя по зарплате и уровню жизни — востребованный.

— Я ведь просил вас не врать, — мужчина сверкнул глазами. — Хотя вы частично правы — но вы скрываете такой мощный пласт своей деятельности, что просто диву даешься, как вы могли про него не упомянуть. Ну, а раз вы пошли по такому пути, то и я от вас не отстану. Я зарабатываю на свою жизнь тем, что заставляю людей выполнять невыполнимые задачи.

— То есть? — непонимающе поднял брови Слепцов.

— Как хотите, так и понимайте, — покачал головой собеседник. — Я ведь принял ваше вранье про программиста — вот и вы попробуйте понять.

— Хорошо… Но тогда по какой причине наши пути пересеклись? И за каким чертом вам понадобилось воровать у меня фару с автомобиля, после чего тащить ее сюда и ожидать встречи с хозяином?!

Мужчина вздохнул, после чего выдержал довольно приличную паузу и произнес:

— Вы невнимательно меня слушали. Я здесь, чтобы заставить вас выполнить невыполнимую задачу.

— Меня? Заставить? — Слепцов хмыкнул. — Каким, интересно, образом?

— А вот каким, — в комнате снова появился второй человек — тот самый, что поливал его минералкой. Он держал в руках пистолет, направленный на Слепцова. — Как думаете, поможет?

— Думаю, да, — машинально ответил тот. — Вы боевиков насмотрелись? Чего вам надо?

— Все предельно просто. На столе вы видите перед собой вашу собственную фару. От вашего «Форда». Думаю, не стоит и проверять — это именно она. Задача состоит в следующем…

Мужчина снова наклонился за диван и поднял с пола довольно тяжелый предмет. Когда Слепцов разглядел, что именно, то даже присвистнул. Это оказалась довольно большая фара с «хрустальным» отражателем. Ее положили рядом с противотуманкой — при сравнении она оказалась почти в два раза больше.

— Красиво? — спросил собеседник. — Это фара от «Мерседеса». Самая обыкновенная фара от самого обыкновенного «Мерседеса» — если, конечно, подобная фраза имеет право на существование. Ибо, как вы сами понимаете, «обыкновенных «Мерседесов» не бывает. Каждый из них — это произведение автомобильного искусства… И задача ваша будет не из простых. Эдакий Форт Баярд. Вам придется взять эту фару и установить ее на место украденной противотуманки — за тридцать минут. Все очень просто, как вы видите.

Слепцов слушал все это, как какой-то бред. Он вообще не понимал,что происходит — а когда услышал, чего от него хотят под угрозой расправы, то просто пришел в состояние, близкое к панике.

— Вы в своем уме? — спросил он. — Как это можно сделать? Она же элементарно больше — я не говорю о массе остальных отличий типа креплений, расположения фишки для проводов! Это невозможно!

— Конечно, невозможно, — мужчина согласился. — Но ведь эта фара лучше. А значит, придется что-то придумать.

— Причем здесь лучше?! — крикнул Слепцов. — Это не та область жизни, где ориентируются на то, что лучше, а что нет! Каждой машине — свои фары, свои колеса, свои запчасти! Хватит играть здесь в идиотов! Говорите, что вам надо!

— Я уже сказал. Время пошло. Тридцать минут. Или вы будете убиты.

Мужчина встал и закурил у окна.

— Чего вы от меня хотите? — уже безо всякого крика, почти жалобно спросил Слепцов.

— Полгода назад, господин программист, вы украли почти готовый проект, — выпустив струю дыма в потолок, ответил мужчина. — Украли виртуозно. Никто ничего не заподозрил. Вы взяли исходники — и, стоит отдать вам должное, создали на их основе прекрасный продукт…

Слепцов слушал и понимал, что человек знает, о чем говорит. Каждое слово было правдой.

— …Я бы даже сказал — ВЫ СДЕЛАЛИ ЕГО ЛУЧШЕ. Из фары для «Форда» вы сделали фару для «Мерседеса». И сумели запихнуть ее туда, куда сейчас даже не пытаетесь…

— Вы… — начал было Слепцов, но говорить ему не дали.

— Молчите! Вы можете много рассуждать на тему того, что без вашего участия получилось бы что-то такое средненькое, неудобоваримое… Да, вы правы. Вы сделали лучше. Но мне не надо лучше. Мне надо так, как у меня было…

Слепцов замер с широко раскрытым ртом. Так вот кто у него сейчас в гостях!

— И поэтому я сейчас здесь. Чтобы вы поняли, что каждому дорога именно его фара. Та, которая подходит к его машине. Правда, жить с этим пониманием вы будете недолго…

Уходя, он в дверях оглянулся на труп и спросил:

— Фары забирать будем? Хотя нет, пусть лежат. Интересная получится задачка для опергруппы. Надеюсь, ты вычистил его компьютер так же, как его череп от мозгов? Вот и славно. Поехали…

Использование текстовых материалов разрешено только при наличии активной ссылки на BUGAGA.RU


Оцени пост:
  • 40
 
* 29-10-2007 * Twinsen * 19050 * 8




Смотрите посты по теме:




Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт фото и видео приколов БУГАГА.РУ, как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться, либо зайти на сайт под своим именем.

Зарегистрированные пользователи имеют ряд преимуществ, в том числе видят гораздо меньше рекламы.

Комментарии


Информация

Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.

БУГАГА.РУ
в социалках







НОВОЕ НА САЙТЕ
последние посты